Валя с детства в инвалидной коляске
и мечтает пробежать по лугу, который рисует на своих картинах


Людмила Костяшина
В тринадцать лет Валя услышала собственный приговор. «Ваша дочка никогда не будет ходить», — сказал ее маме в столичной клинике именитый доктор. Теперь, через десять лет, другой известный московский врач подал ей надежду. Только нужна операция.

Валентина Ивановна родила младшую дочку в сорок лет, похоронив незадолго до этого любимого сына. Уже прошло почти двадцать четыре года, но и сейчac, когда она рассказывает с воем Вите, у нее дрожит голос и нa глаза наворачиваются слезы, умный, ласковый, прочитавший в свои четырнадцать лет много книг, он понимал, что умирает. И когда мама призналась сыну, что ждет ребенка, он ее попросил оставить его. Так, с благословения умирающего брата, появилась на свет Валя. Хорошенькая, здоровенькая девочка. Все так радовались тогда, ее старшая сестра Елена даже прыгала от счастья. Она и назвала сестричку именем Валя. Но и малышку, как брата, настигла необъяснимая болезнь. Когда пришло время ходить, оказалось, что она не может встать на ножки. Родители возили девочку по разным врачам, в различные клиники... Она лежала и в детской республиканской больнице в Москве. Но никто, даже ученые светила, так и не смогли определить, почему совершенно здоровый ребенок не может стоять на ногах и обречен на жизнь в инвалидной коляске. В семейном альбоме Анциферовых есть снимок, на котором сфотографирована маленькая Валентина, стоящая на коленях — так она еще могла держаться. Такую же фотографию когда-то несчастные родители с надеждой послали Раисе Максимовне Горбачевой: «Ребенок на коленях просит о помощи». Ответа они так и не получили. В Карачевский район Валентина Ивановна приехала по распределению из Калужской области, работала продавцом в сельпо. Здесь познакомилась с красивым статным парнем Серафимом. Он завидным женихом был. Дом Анциферовы построили себе в Бережке. Вроде село, а мост через реку перешел — ты уже в Карачеве. Тогда, давно, после свадьбы, Валентина вдруг заметила, что у нее на голове две пряди волос выстрижены. Так об этом и помнит всю жизнь. И не дает покоя мысль: может, кто наколдовал недоброе? Как матери не поверить, что в ее судьбу, в судьбу ее детей вмешалась какая-то темная сила? Когда Вале исполнилось семь лет, она пошла в первый класс. Вернее, ее понесли в школу. Все первоклассники стояли на торжественной линейке, а она сидела на руках у папы. Красивая, нарядно одетая девочка с белыми пышными бантами на голове... Пока было возможно, ее так и носили на уроки. Когда стала постарше, учителя стали ходить к ней домой. Школу вместе со своими ровесниками она не смогла закончить — было тяжело. Особенно когда стала осознавать, что ходить она не сможет... Жизнь потеряла смысл. Но девочка взрослела. И наступил момент, когда она сказала себе: «Хватить киснуть. Жизнь продолжается». Удивительно, но когда она с подругами появлялась на пятачке в селе, где обычно собирается молодежь, или в клубе, вокруг нее сразу собирались ребята. Она становилась центром притяжения. К ней и домой друзья приходили толпой. Валя обладает необъяснимым очарованием. Есть в этой девочке какой-то особый дар привлекать к себе людей. Особенно когда видишь ее ослепительную широкую улыбку. Года два назад, в начале лета, ездила в Карачев продавать пионы. И там к ней подошел парень, познакомились. Стал он к ней в гости приходить, а однажды на колени перед ней упал: «Люблю!» Она ему тогда сказала, чтобы больше не приходил. Зачем жизнь ему портить? Зато у нее очень много друзей по переписке. Ей пишут из Санкт-Петербурга, из Ленинградской области, из Германии, из Воронежа... Долго переписывалась с парнем, служившим в Чечне, а потом письма перестали приходить. О том, что Иван Волков погиб, ей сообщили позже его сослуживцы. Один друг присылал письма из Байконура. — О чем же он писал? — спрашиваю ее. — Обо всем. Иногда мне казалось, что читаю не письма, а газетные статьи... Сейчас писем стало меньше, остались самые верные друзья. Они делятся с ней своими печалями и радостями. Олег из Орла сам приезжал. Вот Роман из Воронежа уже диссертацию защитил, звонил ей недавно ночью — поздравлял с днем рождения. Шестнадцатого января Вале исполнилось 23 года. Почтальон привык, что к ней письма пачками приходят, говорит: — Тебе только и ношу... Некоторые подруги удивляются: «Ты, наверное, не пишешь, что в коляске сидишь?» «Об этом пишу в первую очередь», — отвечает она им. С Игорем из Петербурга Валя уже три года переписывается. Он занимается художественной фотографией и присылает ей свои работы. Как объясняет, для вдохновения. Несколько лет назад Валентина стала рисовать. Однажды с сестрой увидели по телевизору передачу про девочку без рук, которая рисовала, зажав карандаш зубами. — А у тебя ведь руки есть, — сказала ей Лена. Сейчас у Валентины есть мольберт, краски, кисти... Сестра, майор милиции, помогает ей грунтовать холсты. Лучшая подруга Олеся, окончившая художественное училище, дает профессиональные советы. Валя рисует и пишет красками. На ее картинах— уголки нашей природы. Но почти всегда над пейзажем возвышается церковь. Может, потому, что дом их расположен неподалеку от Воскресенского храма возродившегося недавно мужского монастыря. Две ее картины увезли в Германию немцы, которые приезжали в Карачев. Валя переписывается с фрау Эльке. Та и коляску девушке подарила очень удобную, а потом и колеса запасные к ней передала. А как-то написала Вале о том, что рассказала о ней сестре Гельберте из монастыря. Монашки тоже послали в Бережок письмо и вложили в него деньги для девушки. Валя их не получила. Недавно в Воскресенский храм привозили мощи святой Елизаветы Федоровны и инокини Варвары из Иерусалима. Мама отвезла Валентину поклониться им. — Все в церкви подходили и целовали мощи, а ко мне батюшка поднес ковчег. Я наклонилась, а крышка от него опустилась мне на голову. Говорят, что это добрый знак, — рассказывает Валя. Ей так хочется в это верить. О том, что в Москве один профессор делает уникальные операции на позвоночнике, Анциферовы узнали из телепередачи. Двоюродный брат в Москве отыскал его адрес. Возили Валю к профессору на консультацию. Он ее обследовал и подарил надежду. Взялся сделать ей операцию. За годы сидения в коляске у девушки произошла сильная деформация позвоночника. Только вот когда им в клинике выписали счет на 90 тысяч рублей, надежда стала призрачной. Хоть и не бедствуют Анциферовы, да таких денег у них нет. Отец и мать Вали — пенсионеры. Решили помощи у людей просить. Написала Валя в газеты, в некоторые богатые организации и фирмы... Стали ждать. Валентина Ивановна рассказала, как позвонила все-таки одному руководителю и услышала такой ответ на просьбу о помощи: «Деньги надо зарабатывать!» Подсказал бы только, где могут заработать почти три тысячи долларов старики-пенсионеры и девочка-инвалид. Но Валя не отчаивается. Ведь даже если ее мечте не суждено сбыться, у нее есть верные друзья, любящие ее родители и сестра... И, конечно, мольберте красками